wrapper

    

Категория: Тексты

Аннотация. Сегодня, в эпоху трансформации глобальной экономической парадигмы, не существует никаких оснований того, что ВВП является мерилом экономической мощи государства и роли данной страны в мировой глобальной системе. В действительности, наряду с количественными показателями экономической динамики важнейшими критериями становятся качественные показатели уровня социально-экономического развития, т. е. степени развития производительных сил и меры потребления населением материальных благ и социальных и духовных услуг. В основе неолиберального экономического подхода к социально-экономическому развитию лежит «антиприродный» процесс обоснования и формирования целей этого развития — увеличение любой ценой количественных показателей прибыли в ущерб и самому процессу производства, и населению, и окружающей природе как таковой…

***

Низведение общественной мысли до базовых аксиом вульгарной экономики, недальновидное отношение господствующего капитала к скорейшему увеличению финансовой рентабельности, подкрепляемое хорошо известной склонностью к применению военной силы ради достижения этой цели, — все это привело к нынешнему варварскому повороту событий, поскольку такова присущая капитализму тенденция. Капитализм отбросил все системы человеческих ценностей, заменив их требованиями подчиниться так называемым законам рынка.

Самир Амин

В научных и общественных кругах существует мнение, и часто это происходит по инерции, что высокие темпы экономического роста служат свидетельством благополучия населения данной страны. Тем не менее, нет ничего само собой разумеющегося… И сегодня, в эпоху трансформации глобальной экономической парадигмы, многие исследователи выражают небезосновательные сомнения в том, что ВВП может служить точным и соответственным макроэкономическим критерием результатов хозяйственной деятельности социально-экономической системы за определенный период времени. Следовательно, не существует никаких оснований того, что ВВП является мерилом экономической мощи государства и роли данной страны в мировой глобальной системе.

Некогда, еще в конце 1960-х, Дж.К. Гэлбрейт подверг жесткой критике культ валового внутреннего продукта [11]. Разработанный группой американских ученых во главе с С. Кузнецом[1]показатель ВВП позволил его авторам выполнить идеологический заказ, надежно подтверждающий и обосновывающий преимущества американской социально-экономической системы, в которой наиважнейшую и целеполагающую роль играет финансово-спекулятивный капитал. Вместо произведенного валового общественного продукта представили продукт потребленный, значительно превосходящий реальный. Возникающий при этом общественный паразитизм запечатлевается в нынешнем ВВП повторным счетом и зачислением в него фиктивных доходов от деятельности, никакой реальной продукции не дающей. Тем не менее подобное статистическое мошенничество, позволяет утверждать, что «легендарное» американское благосостояние обеспечивается американской экономикой, и подтверждается оно наукой… Что дает право на решающий голос в мировой политике…

Все же завышение американской статистикой ВВП страны признают и видные американские деятели — политолог и миллионер Л. Ларуш и один из крупнейших экономистов нашего времени, Нобелевский лауреат по экономике П. Кругман.

В действительности, наряду с количественными показателями экономической динамики важнейшими критериями становятся качественные показатели уровня социально-экономического развития, т. е. степени развития производительных сил (средств производства и человека как основного создателя национального богатства) и меры потребления населением материальных благ и социальных и духовных услуг. «Основным критерием становится степень удовлетворения потребностей индивидов и общества в целом» [10, 16].

Глобально господствующая ныне либеральная экономическая модель «хозяйствования» изначально являлась антисистемной. В основе ее подхода к социально-экономическому развитию лежит «антиприродный» процесс обоснования и формирования целей этого развития — увеличение любой ценой количественных показателей прибыли в ущерб и самому процессу производства, и населению, и окружающей природе как таковой.

Произошла смена ипостасей развития как такового. Реальное социально-экономическое развитие трансформировалось (сложно характеризовать эту модификацию как революционную, скорее, как эволюционную) в фиктивный экономический рост. Действительный рост благосостояния населения сменился виртуальной финансовой отчетностью, заработную плату заместил минимальный размер оплаты труда (МРОТ)…

На смену общественному воспроизводственному процессу пришел механизм картельного распределения рентных доходов. Одновременно возникла новая форма монополии — размытая (большей частью), колониальная по своей сути, научно-техническая монополия. Основным носителем новых форм международного разделения труда становятся транснациональные корпорации (ТНК).

Во второй половине ХХ в. научно-технические подразделения ТНК, занятые созданием новых технологий и продуктов, приобрели между собой прочные разветвленные экономические, технические и научные связи. Они действуют по взаимно-согласованным направлениям и проблемам, обмениваются разнообразной информацией, обладают всеми атрибутами взаимодействия, кооперации и единства. Всемирной суперкорпорации соответствует всемирная, практически неделимая, целостная «машина» научно-технического прогресса. Это главное завоевание мировой капиталистической системы конца ХХ — начала XXI вв. У нее, разумеется, всемирное производственно-техническое первенство. Уникальная экономическая, научная и техническая мощь единой «машины» новых и техники, и технологий позволяет всемирной суперкорпорации задавать, поддерживать во всемирном масштабе определенные общественно-обязательные уровни таких решающих характеристик производства, как издержки с ценами, качество и наукоемкость продукции, различные стандарты и т. д. и т. п. [14].

Механизм научно-технического развития глобальной суперкорпорации озадачен весьма действенным всемирным экономическим механизмом обеспечения ее эффективности. Производственные мощности суперкорпорации многократно перекрывают платежеспособный спрос. Выходом из сложившейся ситуации стал переход от рынка «насыщения» к рынку «замещения», т. е. к ежегодной смене моделей выпускаемой продукции. Научно-техническая «машина» практически по всему «фронту» всемирного общественного производства планово совершенствует продукты. В свою очередь многомиллионный малый и средний бизнес, вооруженный рядом маркетинговых и кредитно-финансовых схем, устойчиво фокусирует интерес покупателей на сегодняшних моделях и их преимуществах. И суперкорпорация не может прервать этого движения, ибо останется без рынка.

Новая структура производительных сил, сложившаяся благодаря развитию новых форм международного глобального капиталистического разделения труда, все более трансформируется в зависимость аграрно-сырьевых, а иногда и промышленных обществ от стран глобального Запада. Сегодня именно Запад сосредоточил современный научно-технический потенциал. В настоящее время приблизительно 98% всех затрат на научные изыскания приходится на страны капиталистического ядра, а остальные 2% — на страны так называемой периферии.

Когда в 1990-х гг. перед глобальной ТНК были открыты экономические границы Российской Федерации, отечественная экономика утратила свои шансы на выживание. Были потеряны такие важнейшие отрасли с высокой добавленной стоимостью, как производство химических волокон, тракторостроение, гражданское судостроение и авиастроение, станкостроение, металлургическое машиностроение и др. Функция снабжения промышленности России машинами перешла к суперкорпорации и Китаю, составив свыше половины российского импорта (рис. 1).

Тем не менее, продолжали функционировать производства российской добывающей промышленности. Они еще со времен СССР работали на глобальную суперкорпорацию, постепенно превращаясь в ее же сырьевой ресурс. По всей видимости, наступила полная победа суперкорпорации: российский конкурент частью уничтожен, частью, в некоторой степени, присовокуплен.

альп11альп12

Рис. 1. Товарная структура экспорта и импорта РФ (2015)

В этих условиях в России сложился зависимый тип воспроизводства общественного продукта, направление, масштабы и регулярность которого объективно определяются внешними субъективными импульсами — изменением спроса на продукцию экономики остальных стран, движением цен на глобальном мировом рынке, размером притока иностранного капитала. Отсталая воспроизводственная структура с характерным для нее незначительным развитием, практически полным отсутствием I подразделения общественного производства[2], односторонней «внешней» ориентацией ведущих секторов национальной экономики, разрозненностью и несформированностью единого общенационального рынка — все это предопределяет продолжающуюся зависимость воспроизводственных процессов от глобальной мировой капиталистической экономики.

Постоянно возобновляющиеся и еще не ушедшие в небытие попытки самоустранения государства как субъекта хозяйственной деятельности оказывает существенное влияние на все стороны социально-экономической жизни. Все это проявляется в безответственном и, в итоге, безнаказанном распоряжении государственными имуществом и финансами. Беспорядочная и во многом «путанная» кредитная эмиссия стимулирует утечку капитала из производственной сферы на рынок спекулятивных афер, дестабилизирующий и без того сложное экономическое положение. В спекулятивные операции втягиваются не только денежные средства банков, но и сбережения населения, сужая и ограничивая и без того узкую основу воспроизводства постепенно утрачивающего свою мощь научно-промышленного потенциала.

Но большей своей частью капиталы «бегут» за рубеж. В 2015 г. Центральный банк РФ определил сумму оттока капитала из России в 53 млрд дол. что почти в два раза меньше, чем в предыдущем 2014 г. При этом в исследовании «Global Financial Integrity»[3] говорится, что РФ занимает второе место в мире по объемам незаконного вывода капиталов за границу. По этому показателю РФ опережает лишь Китай с суммой в 140 млрд дол.[4]. К сведению, Всемирный банк оценивал отток капитала из РФ в 2015 г. на уровне 113 млрд дол. Американские исследователи полагают, что из России нелегально ушло около 105 млрд дол. [18].

Весь выведенный из России капитал (пусть даже и легально) исключается из сферы отечественного товарного производства и начинает обслуживать экономические интересы либо зарубежных производителей, либо отечественных спекулянтов. Вместе с тем хотелось бы отметить, что в рамках существующей институциональной среды, макроэкономической политики и господствующей глобальной экономической парадигмы в целом приоритеты отдаются финансовым интересам глобальной спекулятивный машины, а не производственным интересам как таковым. Да и фискальная система не стремится поддерживать отечественную обрабатывающую и перерабатывающую отрасли промышленности и способствует усугублению и так разрастающегося кризиса. После всероссийских выборов в Государственную Думу 18 сентября 2016 г., когда более половины россиян, пришедших на избирательные участки, отдали свой голос за партию действующей власти, в Правительстве РФ, оправдывающем кредит доверия, стали чаще говорить при формировании бюджета на 2017—2019 гг. об увеличении основных налогов — НДС и НДФЛ. При этом разумеется, что повышения налогов не избежать, в связи с чем правительством готовятся сразу три альтернативных варианта к базовому бюджету. Первый вариант с повышением НДФЛ предполагает рост налога на доходы сверх некоторого уровня до 20% с сохранением льготной ставки 13% для большей части зарплат ниже медианного дохода в РФ. То есть, фактически, речь идет о ставке 20% с вычетом, а не о «налоге на высокие зарплаты». Второй — предполагается, что НДС будет повышен до 20%[5], и платить его начнут с 2018 г. Третий вариант предполагает увеличение эмиссии госдолга.

Наряду с этим Минфин, Минэкономики и Минтруд также должны согласовать размер и даты роста тарифов социальных платежей в Пенсионный фонд свыше нынешнего порога и ввести платежи «сверх порога» в Фонд социального страхования. Скорее всего, это означает рост с 2017—2018 гг. общей нагрузки на работодателей при отказе от изменения самой ставки тарифов [13].

Возникает вопрос: дадут ли эти новые инициативы руководства нашей страны возможность хотя бы не задушить реальный сектор экономики? Останется какая-либо основа, позволяющая начать новую модернизацию отечественной экономики? Ответ очевиден, он отнюдь не риторичен: «…любое российское производство — и в том числе наукоемкое, — которое потребляет сырье или неготовую продукцию, а выпускает уже что-то иное — автоматически станет нерентабельным» [12]. В этих кабальных условиях не стоит требовать от производителя, что он будет из патриотизма работать в колоссальный убыток, только бы сохранить предприятие в нашей стране. И все последующие проблемы тривиальным скачком инфляции не ограничатся…

Далее… Постоянное сокращение рабочих мест (так называемая «оптимизация» расходов) и снижение заработной (и не только реальной, а, зачастую, и номинальной) платы основной массы работающего населения. Согласно данным Росстата, скорость падения реальных доходов россиян в августе 2016 г. достигла максимума за последние семь лет. Номинальные доходы (зарплата) занятых в России растут наименьшими темпами в современной истории (всего 4—5% в год), реальная (с учетом инфляции) зарплата падает рекордными темпами с 1998 г. (около 9—11% г/г). В кризис 2008—2009 гг. падение доходов было в два раза меньшим. Одновременно непрерывное падение наблюдается уже в течение 22 месяцев [20] (рис. 2).

В результате сжатие налогооблагаемой базы привело к сокращению доходов государственного бюджета. В итоге — сокращение бюджетных расходов и конвульсивные попытки по увеличению доходной части бюджета посредством фискальных манипуляций, обозначенных выше, не потребовали себя ждать.

На фоне сложившихся в реальной социально-экономической жизни явно негативных обстоятельств навязанная извне и «по-доброму» принятая, но глубоко не понятая в современной России западная «чистая» экономическая теория без анализа производственных (социально-экономических) отношений успешно выхолостила господствующую прежде политическую экономию, лишив ее всякого социального содержания. Труд автоматически был сведен к категориям огорчения или удовлетворения, ценность (стоимость) лишилась производственного значения, стоимость труда стала определяться стоимостью продукта, товар «рабочая сила» в принципе был табуирован. Да и сам труд как экономическая категория неощутимо и малозаметно потерял свою основополагающую позицию. Современная наука перестала объяснять экономическую жизнь общества при помощи труда как субстанции экономического бытия.

Определение труда в Марксовой итоговой формулировке концентрируется в следующем виде: «Процесс труда… есть целесообразная деятельность для созидания потребительных стоимостей, всеобщее условие обмена веществ между человеком и природой, вечное естественное условие человеческой жизни, и потому он не зависим от какой бы то ни было формы этой жизни, а, напротив, одинаково общ всем ее общественным формам… Человек и его труд на одной стороне, природа и ее материалы на другой…» [17, 226]. Тем не менее сегодня зачастую из социально-экономического анализа выбрасывается понимание человека как элементарной формы бытия общества. Нередко встречаются определения общественного бытия, из которых человек и его деятельность элементарно вычленяются, так что оказываются выброшенными за пределы объективных явлений и процессов общественной жизни. При этом социально-экономические отношения и их законы выступают в качестве внешних факторов или мотиваторов по отношению к деятельности людей, причем не зависящих от практики последних.

альп3

Рис. 2. Реальные располагаемые денежные доходы по России

И не стоит связывать данное явление с, казалось бы, наступившей эрой постиндустриального общества, связанного с неоиндустриализмом. Во избежание некоторых недопониманий хотелось бы подчеркнуть, что «одно дело — меньше работать, а другое — совсем не работать». Неоиндустриальная формула не означает всеобщего состояния бездеятельности. Она опирается на категорию труда эффективного (наукоемкого, трудосберегающего), сокращающего рабочее время и увеличивающего время самозанятости и самосовершенствования… [4].

Однако сегодня представители «постмодернистской» общественной науки не ограничились тем, что старательно-усердно отвергли концепцию возможности превращения интеллектуальных сил человека в производительные силы, вычленили его как носителя физической способности к труду, они напряженно пытаются вырвать человека как такового из процесса производства. Современная экономическая мысль «обнаруживает» новую экономическую категорию — интеллектуальный капитал[6] —и идеологически вооружает ею представителей рабочего класса, выполняющих социально-экономические функции, требующие высокой квалификации и знаний. Сегодня человек лишен, воздействуя посредством движения «естественных сил» на внешнюю природу изменить свою собственную природу. Он утрачивает возможность развивать дремлющие в природе силы и подчинять игру этих сил своей собственной власти [17, 220].

В данных условиях «корпоратократия» власть свою укрепляет и в качестве необходимых условий модернизации экономики страны выдвигает требования по передаче в их руки всех ранее управляемых государством секторов экономики. Продолжается процесс приватизации коммуникаций, ЖКХ, воздушного сообщения, железных и автомобильных дорог и т. д.

Иных «плодов» проводимых и по сей день либеральных экономических реформ в современной России ожидать и не следовало. Из трех основных возможных путей развития, предрекаемых в конце ХХ в., один из которых предполагал «медленное развитие в сторону прогрессивных форм общественного и экономического устройства капиталистического типа, второй — быстрый перескок на более высокую фазу развития постиндустриального общества, был сознательно выбран третий [21, 67—68] — по существу тупиковый. Этот путь привел к подчиненному положению России в системе мирового сообщества, в системе международного разделения труда.

Безудержно стремясь на всем протяжении рыночных преобразований перейти к другому типу хозяйственной деятельности, единственными целеполаганиями которой являются прибыль и накопление богатства, при этом отказываясь от советской социально-экономической системы и обозначая ее как «индустриальный феодализм»[7], реформаторы вернули ее на два века назад, погрузили в азиатский тип социально-экономических отношений. Напомним, что азиатский тип экономических отношений предполагает наличие непроизводительного, торгово-ростовщического характера экономической жизни, возможность получения спекулятивной сверхприбыли не посредством ускорения оборота капитала, а, напротив, путем создания дефицита и монопольного господства. Отсюда — торговая монополия через сговор или же внеэкономическое принуждение, зависимость социально-экономической деятельности от коррумпированной власти и прочие факторы, присущие докапиталистическим отношениям [15].

Подобный тип социально-экономических отношений, заключающийся в сочетании архаичных производительных сил и производственных отношений с либеральной моделью хозяйствования, присущ сегодня отнюдь и не исключительно Российской Федерации. Он распространен по всему периферийному пространству глобальной капиталистической системы. Одновременно либеральная архаика противостоит сегодня национально-государственным силам буржуазного толка — буржуазно-модернистской архитектуре — системе «нации-государства».

С точки зрения Л. Ларуша, видного американского экономиста, философа и политического деятеля, с 1966 г. «по чьей-то инициативе» в устоявшемся во многих перипетиях Вестфальском мире стали насаждаться идеи сокрушения системы «нации-государства» [16, 11]. Вопросы, высказанные им в докладе на Международной конференции: «Наше будущее: экономика евроазиатского сухопутного “моста”», состоявшейся в Кидрихе (Германия) в декабре 1996 г.[8], обрели и в наши дни наиактуальнейший характер: «Что же произошло сегодня?.. Почему люди позволили сборищу… лунатиков, болтающих околесицу, …формировать культуру Северной Америки, Западной Европы и других стран в конце 1960-х — начале 1970-х гг.? Почему это случилось?» [16, 11].

К концу ХХ — началу XXI в. произошло элементарное вульгарно-пошлое «проникновение» на паразитарной основе транснационального капитала в институты нации-государства. Завоевано господство над государством и разложено изнутри. Это произошло в связи с тем, что государство как таковое современному транснациональному капиталу, отслужив свою роль, пришло в ненадобность.

Первые попытки разрушить устоявшуюся общественную систему реализовались еще в XVI в. В западноевропейскую цивилизацию была привнесена «новая» система мысли, далее вошедшая в историю человечества как «эпоха Просвещения»[9]. Идеи «Просвещения» отвергали существенное положение предыдущей эпохи гуманизма «Ренессанса» — о том, что человек сотворен по образу и подобию Божьему, и, соответственно, отрицало общество, обеспечивающее жизненные возможности совершенствования данной личности, поощряющее его производительную активность, создающее условия окружающей среды, необходимые подобному человеку. Новоявленная система Паоло Сарпи[10], более известная как система Ф.Бэкона, Т.Гоббса, Дж.Локка, Д.Юма и т.д., т. е. система Просвещения, отрицала существование творческой силы человеческого ума.

Главной «загадкой» такой системной трансформации[11], по мнению А.И. Фурсова [19], с которым сложно не согласиться, является генезис капитализма. Согласно Энгельсу, социально-экономические отношения проявляются как экономические интересы, таким образом, корни генезиса капитализма следует искать в экономических интересах феодалов (сеньоров), проявившихся в желании сохранить свои власть и привилегии. С середины XIV в. развитие Западной Европы, сопровождавшееся народными антифеодальными восстаниями, пошло в направлении такого социального устройства, «…в котором сеньоры превращались попросту в богатых землевладельцев… утрачивая значительную часть …статуса» [19]. Бесконечно воюющие с королем феодалы вынужденно пошли на союз с короной. В итоге данного союза возникли структуры, «значительно более институционализированные и намного более репрессивные», ставшие мощнейшим оружием бывших феодалов против низов — это государство и армия… А феодалы благодаря новой идее Просвещения «транслировали себя в новом системном “обличье”»…

Опираясь на идеи Просвещения, продолжавшего традиции передового протестантизма и рационалистического сектантства XVI и XVII вв. и унаследовавшего от них идеи политической свободы и свободы совести, силы, представлявшие интересы «вновь обличенной элиты», несмотря на их ненависть и неприемлемость предоставления принципиального политического и интеллектуального равноправия всему населению, столкнулись с следующей проблемой. Та форма общественно-хозяйственного устройства, будь то урбанизированно-индустриальная или аграрно-индустриальная, стала способна, а на это указывал еще Н. Макиавелли в начале XVI в., развиваться и применять технологию, дающую населению потенциальную силу, превосходящую силу правящей элиты. И эта сила — военная.

В связи с чем до тех пор, пока существовала опасность возникновения войны между нациями-государствами, любая сила, стремящаяся не только выжить, но и сохранить свой статус-кво, обязана была прибегать к методам нации-государства для достижения элементарной военной мощи, необходимой для противостояния более сильной экономике другого нации-государства.

Однако сегодня не только эпохе гуманизма «Ренессанса», но и эпохе «Просвещения» давно уже пришел конец. Транснациональная элита, благодаря созданной ею глобальной системе социально-экономических отношений, разрушая при этом систему нации-государства, пытается превратить весь мир в экономически колониально-зависимый. Последний, в свою очередь, составляет преобладающее большинство (свыше 80%) в глобальной социально-экономической системе [1]. В настоящее время «без эмоциональных отступлений пропагандируется, что… 95% населения образование не нужно как таковое. «Мы должны вернуться, в сущности, к феодализму или худшим формам господства финансовой олигархии и держать 95% населения в состоянии скотской отсталости» [16, 12]?

Также современные социальные теоретики и практики в своих научных изысканиях не упускают возможности упомянуть английского экономиста Томаса Мальтуса, жившего и творившего в конце XVIII — начале XIX в. Они, подобно Мальтусу, считают, что свойственная капитализму глобальная нищета населения всего мира обусловлена тем, что рост численности населения превышает тот же показатель средств к жизни, приносимых природой, причем в геометрической прогрессии. Единственным способом разрешения проблемы нищеты населения является принуждение бедного населения к сокращению его численности. Высказываясь по вопросу перенаселения земного шара, они убежденно заявляют о невозможности довести жизненные стандарты людей из развивающихся стран до стандартов стран «развитого» капитализма, ввиду ограниченности ресурсов на планете [22].

Неужели, перешагнув в век новых и еще, надеемся, неизведанных технологий, наша экономическая наука никак не может освободиться от пут двухсотлетней давности? Разве канул в небытие тезис о том, что накопление капитала и научно-технический прогресс компенсируют ограниченность природных ресурсов?

Необходимым условием социально-экономического развития является воспроизводство рабочей силы, выступающее наиважнейшим фактором воспроизводства общественного богатства. И здесь не стоит зацикливаться исключительно на воспроизводстве рабочей силы как потреблении ее носителями жизненно необходимых благ. Что, однако, является сегодня одной из основных целей либеральных рыночных реформ отечественного образования? Воспитание эффективного потребителя…   Воспроизводство высококвалифицированной рабочей силы требует приложения труда к носителям рабочей силы, выступающим здесь в качестве «предметов труда». И по мере того, как совершенствуется производственный процесс и развивается научно-технический прогресс, эта сторона процесса воспроизводства рабочей силы становится все более существенной [2].

Воспроизводством рабочей силы занята система среднего и высшего профессионального образования, подобно науке тесно смыкающаяся с реальным сектором экономики. В результате она превращается в одну из отраслей материального производства. А в предложенной терминологии Жака Аттали — в «гипериндустриальное общество» [7]. Следовательно, отношение к образованию и науке как к полноценным отраслям реального сектора экономики, усиленное их развитие и крупные капиталовложения в эти сферы способны не только оживить экономику, но и дать ей сильнейший импульс к дальнейшему социально-экономическому развитию.

Сегодня Россия уже использует некоторые объективные возможности для развития промышленности высочайшего уровня вне досягаемости транснационального капитала. И речь здесь идет о неоиндустриализации, но не о фронтальной, а о секторальной. Она заключается в развертывании отраслей и групп предприятий, заведомо недоступных для разрушения извне.

Это, прежде всего, развитие транспортной инфраструктуры нефте- и газосырьевого комплекса страны. Опираясь на определяющую роль отечественных естественных богатств, следует продвигать государственные производства, недоступные захвату или разорению транснациональными корпорациями. Важнейшим направлением секторальной неоиндустриализации становится оборонно-промышленный комплекс. Наиважнейшую и основополагающую роль должна сыграть система восстановленного, модернизированного и адекватного требованиям нового прогрессивного и справедливого общества образования… Но для комплексного решения поставленных задач жизненно необходимо вывести национальную экономику к новому механизму общественного воспроизводства, обладающему динамизмом, по меньшей мере, сравнимым с динамизмом западной экономической «машины», и, в итоге, переиграть ее…

Литература

  1. Альпидовская М.Л. Дорога в никуда: от рыночных догм к лозунгу экономического спада. // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2013. № 39 (228).
  2. Альпидовская М.Л. Об имитации интеллектообщества // Философия хозяйства. 2012. № 1 (79).
  3. Альпидовская М.Л. Социально-экономическая эвфемизация как способ существования современного экономизма // Философия хозяйства, 2013. № 1 (85).
  4. Альпидовская М.Л. К вопросу о целеполагающей деятельности человека и субстанциональности его труда в экономике будущего // Экономико-правовые аспекты реализации стратегии модернизации России: поиск модели эффективного социохозяйственного развития. Сборник статей международной научно-практической конференции / Под ред. Г.Б. Клейнера, Э.В. Соболева, В.В. Сорокожердьева, З.М. Хашевой. Краснодар: ЮИМ, 2015.
  5. Альпидовская М.Л. От интеллектообщества к обществу колониальной демократии (накануне еще более важных перемен) // Философия хозяйства. 2016. № 4 (106).
  6. Амин С. Вирус либерализма: перманентная война и американизация мира / Пер. с англ. Ш. Нагиба, С. Кастальского. М.: Издательство «Европа», 2007.
  7. Аттали Ж. На пороге нового тысячелетия // Либрусек: [сайт]. 2011 // http://lib.rus.ec/b/122608/read#t
  8. Астахова А. Мы ждем перемен // Прямые инвестиции. 2011. № 11 (115).
  9. Брокгауз Ф.А. Энциклопедический словарь / Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Т. XXV. С.-Петербург: Типо-Литография И.А. Ефрона, Прачешный пер., № 6. 1898.
  10. Горидько Н.П., Нижегородцев Р.М. Современный экономический рост: теория и регрессионный анализ: Монография. М.: ИНФРА-М, 2016.
  11. Гэлбрейт Дж.К. Новое индустриальное общество. М.: АСТ, 2004.
  12. Заточная А.Д. Колониальное правительство // ХАЗИН.РУ: [сайт]. URL: http://khazin.ru/articles/139-golos-rodiny/23708-kolonialnoe-pravitelstvo.
  13. Калинина Н. Повышение налогов неизбежно. Правительство готовит бюджет выживания за счет своих граждан // Российское информационное агентство URA.RU: [сайт]. URL: http://ura.ru/news/1052262961
  14. Корняков В.И., Альпидовская М.Л. О «дорожной карте» России и ее месте в мировой экономике: преодоление препятствий // Вестник ТвГУ. Сер. «Экономика и управление». 2015. № 1. Т. 1.
  15. Косолапов Н.А. Россия: в чем же все-таки суть исторического выбора: Статья 2 // Мировая экономика и международные отношения. 1994. № 11.  
  16. Ларуш Л. Место России в мировой истории / Под ред. Муранивского Т.В. М.: Шиллеровский институт науки и культуры. Бюллетень № 8. 1998.
  17. Маркс К. Капитал: критика политической экономии. Т. 1. М.: Эксмо, 2011.
  18. Отток капитала из РФ за рубеж в 2015 году составил $53 млрд // ПРОНЕДРА: [сайт]. URL: http://pronedra.ru/globaleconomics/2015/12/09/ottok-kapitala-iz-rf-za-rubezh-v-2015-godu/.
  19. Фурсов А.И. «Кризис-матрешка»: демонтаж капитализма и конец эпохи пирамид // URL: http://www.intelros.ru/pdf/ps/02/21.pdf.
  20. Хазин М.Л. Куда скатилась Россия в 2015 году по уровню жизни населения? // ХАЗИН.РУ: [сайт]. URL: http://khazin.ru/articles/6-finansy-i-pravo/731-kuda-skatilas-rossija-v-2015-godu-po-urovnju-zhizni-naselenija.
  21. Цвылев Р.И. Постиндустриальное развитие. Уроки для России. М.: Наука, 1996.
  22. Clark, Gr.The Problem of the Poor in the Nineteenth Century Europe // University of California, Davis, ECN 110B.Spring 2002.

References

  1. Al'pidovskaja M.L. Doroga v nikuda: ot rynochnyh dogm k lozungu jekonomicheskogo spada. // Nacional'nye interesy: prioritety i bezopasnost'. 2013. № 3 (228).
  2. Al'pidovskaja M.L. Ob imitacii intellektoobshhestva // Filosofija hozjajstva. 2012. № 1 (79).
  3. Al'pidovskaja M.L. Social'no-jekonomicheskaja jevfemizacija kak sposob sushhestvovanija sovremennogo jekonomizma // Filosofija hozjajstva. 2013. № 1 (85).
  4. Al'pidovskaja M.L. K voprosu o celepolagajushhej dejatel'nosti cheloveka i substancional'nosti ego truda v jekonomike budushhego // Jekonomiko-pravovye aspekty realizacii strategii modernizacii Rossii: poisk modeli jeffektivnogo sociohozjajstvennogo razvitija. Sbornik statej mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii / Рod red. G.B. Klejnera, Je.V. Soboleva, V.V. Sorokozherd'eva, Z.M. Hashevoj. Krasnodar: JuIM, 2015.
  5. Al'pidovskaja M.L. Ot intellektoobshhestva k obshhestvu kolonial'noj demokratii (nakanune eshhjo bolee vazhnyh peremen) // Filosofija hozjajstva. 2016. № 4 (106).
  6. Amin Samir. Virus liberalizma: permanentnaja vojna i amerikanizacija mira. / Per. s angl. Sh. Nagiba, S. Kastal'skogo. M.: Izdatel'stvo «Evropa», 2007.
  7. Attali Zh. Na poroge novogo tysjacheletija // Librusek: [sajt]. 2011.URL: http://lib.rus.ec/b/122608/read#t3.
  8. Astahova A. My zhdjom peremen // Prjamye investicii, 2011. № 11 (115).
  9. Brokgauz F.A. Jenciklopedicheskij slovar' / Brokgauz F.A., Efron I.A. T. XXV. S.-Peterburg: Tipo-Litografija I.A. Efrona, Pracheshnyj per., № 6. 1898.
  10. Gorid'ko N.P., Nizhegorodcev R.M. Sovremennyj jekonomicheskij rost: teorija i regressionnyj analiz: Monografija. M.: INFRA-M, 2016.
  11. Gjelbrejt Dzh.K. Novoe industrial'noe obshhestvo. M.: AST, 2004.
  12. Zatochnaja A.D. Kolonial'noe pravitel'stvo // HAZIN.RU: // http://khazin.ru/articles/139-golos-rodiny/23708-kolonialnoe-pravitelstvo.
  13. Kalinina N. Povyshenie nalogov neizbezhno. Pravitel'stvo gotovit bjudzhet vyzhivanija za schjot svoih grazhdan // Rossijskoe informacionnoe agentstvo URA.RU: [sajt]. URL: http://ura.ru/news/1052262961.  
  14. Kornjakov V.I., Al'pidovskaja M.L. O «dorozhnoj karte» Rossii i ejo meste v mirovoj jekonomike: preodolenie prepjatstvij // Vestnik TvGU. Serija «Jekonomika i upravlenie». 2015. № 1.
  15. Kosolapov N.A. Rossija: v chem zhe vse-taki sut' istoricheskogo vybora: Stat'ja 2 // Mirovaja jekonomika i mezhdunarodnye otnoshenija. 1994. № 11.  
  16. Larush L. Mesto Rossii v mirovoj istorii / Рer. s angl. Pod red. Muranivskogo T.V. M.: Shillerovskij institut nauki i kul'tury, bjulleten' № 8. 1998.
  17. Marks K. Kapital: kritika politicheskoj jekonomii. T. 1 M.: Jeksmo, 2011.
  18. Ottok kapitala iz RF za rubezh v 2015 godu sostavil $53 mlrd // PRONEDRA: [sajt]. URL: http://pronedra.ru /globaleconomics/2015/12/09 /ottok-kapitala-iz-rf-za-rubezh-v-2015-godu/.
  19. Fursov A.I. «Krizis-matrjoshka»: demontazh kapitalizma i konec jepohi piramid. // http://www.intelros.ru/pdf/ps/02/21.pdf.
  20. Hazin M.L. Kuda skatilas' Rossija v 2015 godu po urovnju zhizni naselenija? // HAZIN.RU: http://khazin.ru/articles/6-finansy-i-pravo/731-kuda-skatilas-rossija-v-2015-godu-po-urovnju-zhizni-naselenija.
  21. Cvyljov R.I. Postindustrial'noe razvitie. Uroki dlja Rossii. M.: Nauka, 1996.

 


[1]Заслуги С. Кузнеца впоследствии были вознаграждены присуждением Нобелевской премии по экономике.

[2]Существующий совокупный процесс деградации производства средств производства является одним из важнейших факторов снижения эффективности воспроизводственного процесса в экономике России в целом.

[3]Американская международная исследовательская организация «Global Financial Integrity» (GFI), отслеживающая перемещения нелегальных денежных средств по всему миру.

[4]При этом в отчетах Центробанка существует статья «чистые притоки и оттоки», где отражаются балансовые приходы и расходы, источник которых ЦБ не смог установить. По этой статье в первом полугодии 2015 г. из РФ выведено 672 млн дол.

[5]Против увеличения НДС выступает глава ЦБ Эльвира Набиуллина. Она предупреждает о том, что рост ставки налога приведет к мгновенному скачку инфляции — он транслируется в цены почти полностью и сразу.

[6]Современное определение интеллектуального капитала как капитала, воплощенного в знаниях, умениях, опыте, квалификации людей, никак не противоречит, а, напротив, соответствует Марксовым признакам потребительной стоимости товара рабочая сила — способность-возможность создавать более продвинутые потребительные стоимости. Впоследствии эти признаки стали выделяться и даже «открываться» как интеллектуальный капитал.

[7]«Под индустриальным феодализмом понимается широкое применение мер внеэкономического принуждения в управлении экономикой в сочетании с доминированием в экономической жизни страны государственных вотчин (министерств, главков и т. д.) в монополизированных отраслях хозяйства»
[21, 67].

[8]В работе конференции приняли участие около 400 человек, представлявших более 30 стран, включая страны, расположенные по северному, среднему и южному направлениям евроазиатского «моста», а также страны Африки.

[9]Культурно-исторический термин, которым обозначается преимущественно умственное движение в Западной Европе в XVIII в. Как синоним Просвещения употребляется выражение «философия XVIII в.». Просвещение является продолжением традиций… передового протестантизма и рационалистического сектантства XVI и XVII вв., от которых он унаследовал идеи политической свободы и свободы совести [9, 464—465].

[10]Сарпи (Sarpi) Паоло (14.8.1552, Венеция — 14.1.1623, там же), венецианский ученый и политический деятель, монах, доктор богословия. Наряду с теологией занимался медициной, физикой, математикой. Советник по богословским вопросам правительства Венецианской республики (был назначен на этот пост в 1606 г. — период обострения конфликта между Венецией и папой Павлом V).

[11]Кризис феодализма и возникновение капитализма.

Контакты

 

 

 

Адрес:           


119991, ГСП-1, Москва,

Ленинские горы, МГУ
3 учебный корпус,

экономический факультет,  

Лаборатория философии хозяйства,к. 331

Тел: +7 (495) 939-4183
Факс: +7 (495) 939-0877
E-mail:        lab.phil.ec@mail.ru

Последний номер "ФХ"

 fh2 2017

Календарь

Август 2017
24
Четверг
Joomla календарь